АМЕРИКАНСКАЯ СТРАТЕГИЯ ПО ОТНОШЕНИЮ К ПРОЦЕССУ ЕВРОПЕЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ

Избранный в начале 1961 г. президентом Джон Кеннеди все больше склонялся к идее либеральной мировой экономики под покровительством США и с теми обязательствами и правами, которые они должны (США) были нести как доминирующая нация. Но он не стремился чинить препятствия развитию европейской мощи, заняв негативную позицию. Наоборот, президент всячески старался учесть фактор европейской экономической мощи в новой модели внешней политики США. Он предложил идею атлантического партнерства между США и расширенным составом ЕЭС. В этом случае оба блока могли бы сотрудничать на равных началах в экономической и военной сферах, но политическое первенство принадлежало бы США. Кеннеди и его администрация исходили из того, что Соединенные Штаты еще обладали технологическим преимуществом перед Европой и имели значительные неиспользованные производственные мощности. Таким образом, предполагалось, что это придаст мощный импульс развитию американского экспорта в Европу, гораздо более значительному по сравнению с обратным процессом европейского экспорта в США. В то же время последний, представляя определенную угрозу американской промышленности, способствовал бы новому технологическому прогрессу. Кеннеди и советники были убеждены, что, улучшив таким путем весьма посредственные показатели экспорта США в 50-х годах, можно было и решить возникшую проблему дефицита платежного баланса4.
В целях конкретизации своих либеральных концепций Кеннеди предпринял две важные инициативы.
Прежде всего, он предложил в 1961 г. реорганизовать Организацию европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС) в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) полноправными членами которой стали США и Канада. Основной задачей такой перестройки стала либерализация международной мобильности основных факторов производства: труда, капитала и техники управления. В результате успешно развивался процесс гармонизации структуры производства Запада и развития международного разделения труда. Первоначально ОЭСР играла очень важную роль в ходе многосторонних консультаций по прикладным исследованиям, но не имела влияния на процесс принятия решений5.
Вторая инициатива Кеннеди заключалась в выдвижении проекта нового закона в сфере внешней торговли. В результате в 1962 г. был принят Закон о развитии торговли (Trade Expansion Act). Этот закон давал президенту право наполовину сокращать существующие тарифы (при условии, что это сокращение могло действовать в течение пяти лет), а также полностью ликвидировать тарифы, равные 5% или менее. Он был также уполномочен, проводя переговоры с представителями ЕЭС, устранять таможенные препятствия экспорту из стран Сообщества в США, если речь шла о продукции, оборот по которой между ЕЭС и США составлял не менее 80% мирового оборота (в соответствии со статьей об «основном поставщике» — «dominant-supplier» clause). Президент также получил право в некоторой степени либерализовать политику в аграрном секторе. Наиболее ограничительные положения в сфере внешней торговли — охранительная оговорка и оговорка «точки опасности» — были отменены6.
Принцип «основного поставщика» опирался на гипотезу, согласно которой ЕЭС должно было расширяться. Для того чтобы этот принцип мог работать по отношению к широкой гамме товаров, все крупные европейские государства, включая Великобританию, должны были присоединиться к Сообществу. Кеннеди, таким образом, стремился через создание единой Европы к построению системы мировой либеральной экономики. Помимо этого, новый закон отражал то внимание, которое американское правительство намеревалось отныне уделять проблеме дефицита платежного баланса. Основной способ решения этой проблемы виделся в расширении экспорта как результате либерализации торговли в западном сообществе.
Тем не менее реакция ЕЭС была негативной. В результате вето де Голля в 1963 г. на вступление Великобритании в Сообщество утратили свое значение в практическом плане полномочия, которыми располагал Кеннеди, применяя статью об «основном поставщике», так как количество продукции, подпадавшее под условия ее действия, существенно сократилось. Более того, ЕЭС требовало исключения для важных групп товаров (стали, алюминия, текстиля и химической продукции). Сообщество также отказалось пойти на либерализацию своей аграрной политики, предпочтя эффективности автаркию7.
Шестая сессия ГАТТ — Раунд Кеннеди, — созванная по инициативе США в Женеве и проходившая с 1963 по 1967 г., не имела особых успехов. Правда, многосторонние соглашения охватили в общей сложности 22% мирового торгового оборота в 1967 г., и Запад сделал еще один шаг на пути создания зоны свободной торговли промышленной продукцией, но других успехов не было8. Большие надежды, связанные с принципом статьи об «основном поставщике», исчезли, в то же время трудности некоторых отраслей промышленности остались в стороне. Сокращение таможенных тарифов составило только 35—40% от того уровня, который оно могло бы достигнуть. В аграрной сфере результаты были также малообещающими. Некоторые тарифные сокращения на 25% также были приняты странами ЕЭС в условиях, когда обозначилась тенденция к росту мировых цен на сельскохозяйственную продукцию. США и ЕЭС также пришли к соглашению о разработке совместной программы по оказанию продовольственной помощи странам третьего мира. Соединенные Штаты втайне надеялись, что участие Европы в этой программе вызовет нехватку продовольствия в последней, что, в свою очередь, приведет к увеличению экспорта из США.
Раунд Кеннеди, таким образом, потерпел поражение не только в том смысле, что результаты его попыток либерализации внешней торговли были далеко не блестящими, но и потому, что сама природа последней выглядела анахроничной9. Закон о развитии торговли 1962 г. был принят в расчете на дальнейшую либерализацию: он опирался на технику взаимных сокращений тарифов и использование принципа наиболее благоприятственной нации. В конечном итоге расчет делался на установление зоны свободной торговли промышленной продукцией в мировом масштабе. Больше всего от этого выигрывали индустриальные государства Запада, так как могли в этих условиях использовать свое технологическое превосходство над остальным миром. Главными жертвами становились отрасли зарождающейся промышленности в развивающихся странах. Последние в итоге охарактеризовали Раунд Кеннеди как соглашение богатых (Rich Man’s Deal), игнорирующее фундаментальные проблемы экономического развития. Не принимался во внимание и вопрос о торговых отношениях между Востоком и Западом, который постепенно ставился в повестку дня. Но даже под углом зрения западной экономики Раунд Кеннеди выглядел анахронизмом.
Политика сокращения тарифов лишь стимулировала одновременный поиск других форм защиты внутреннего рынка: во всех странах правительства стремились заменить сокращение тарифов другими препятствиями. Таким образом, внимание, традиционно уделявшееся тарифам, уже не соответствовало реалиям конца 60-х годов.
Так же развивалась и торговля между Западом и Японией. После второй мировой войны США не раз пытались интегрировать последнюю в систему мировой либеральной экономики. В 1949 г. США предложили принять Японию в члены ГАТТ, но из-за оппозиции Великобритании это стало возможным лишь в 1955 г. Между двумя этими датами американское правительство либерализовало торговлю с Японией на двусторонней основе ценой ухудшения собственных позиций. Американцы надеялись, что когда Япония сможет восстановить свою экономику, она облегчит доступ импортным товарам на свои рынки. В действительности же этого не произошло. В 50-х и 60-х годах японский протекционизм усилился за счет принятия новых мер: ограничения импорта, субвенции экспорту, контроля за переводами финансовых ресурсов и иностранными инвестициями в экономику Японии. Теперь и для Японии рамки мировой либеральной экономики уже не соответствовали реальностям момента.